Показаны сообщения с ярлыком ЗТ РФ. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком ЗТ РФ. Показать все сообщения

среда, 18 марта 2020 г.

Юрзинов Владимир Владимирович

Юрзинов Владимир Владимирович 26.03.1965

 


















Москва
Защитник
Заслуженный тренер РФ
Школа/юниорская команда: «Динамо» Москва
Карьера игрока: «Латвияс берзс» Рига 2 лига – 1982/1983-1984/1985, РШВСМ Рига чемпионат РСФСР – 1985/1986, 2 лига – 1986/1987, РЭЗ Рига чемпионат Латвийской ССР – 1986/1987, «Динамо-2» Москва 2 лига – 1990/1991-1991/1992, «Сокол» Новочебоксарск 1 лига – 1991/1992.
Карьера тренера: «Динамо-2» Москва открытый чемпионат России – 1992/1993 тренер, TPS U20 Jr. A SM-liiga Финляндия – 1993/1994 гл.тренер, «Kiekko-67» Fazer-liiga Финляндия – 1994/1995 гл.тренер, «Ilves» Tampere Финляндия – 1995/1996-1998/1999 гл.тренер, «Ässät» Pori Финляндия – 1999/2000-2001/2002 гл.тренер, «Локомотив» Ярославль – 2001/2002-2002/2003 тренер, 2003/2004 гл.тренер, «Химик» Воскресенск – 2004/2005 гл.тренер, «Сибирь» Новосибирск – 2005/2006, 2017/2018-2018/2019 гл.тренер, «Торпедо» Н.Новгород высшая лига – 2006/2007 гл.тренер, «Северсталь» Череповец – 2007/2008-2008/2009 гл.тренер, СКА С.Петербург – 2010/2011 тренер, «Салават Юлаев» Уфа – 2011/2012-2014/2015 тренер, гл.тренер, «Kunlun Red Star» Пекин – 2016/2017 гл.тренер, «Трактор» - 2019/2020, сборная России
Достижения тренера: серебряный призер чемпионата Финляндии SM-liiga 1997/1998 гл.тренер «Ilves» Tampere, чемпион России 2001/2002, 2002/2003 тренер «Локомотив» Ярославль, чемпион высшей лиги 2006/2007 гл.тренер «Торпедо» Н.Новгород, обладатель Кубка Шпенглера 2010/2011 тренер СКА С.Петербург, серебряный призер чемпионата России и бронзовый призер чемпионата КХЛ 2013/2014 гл.тренер «Салавата Юлаева» Уфа.

Владимир Юрзинов-младший:
«Я играл клюшкой Харламова»
Авторы: Юрий Голышак, Александр Кружков, 20 мая 2016,

РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ
Лично нам за Владимира Владимировича обидно. Создает интересные команды – и в самом скором времени с ними расстается. Никто в российском хоккее не богат отставками столь драматичными, как Юрзинов-младший. Год назад он ушел из «Салавата», которому отдал четыре сезона. С той поры в тени.

Застать вас в Москве непросто. Где проводите время?
То здесь, то в Турку. Я же девять лет в Финляндии отработал. Дочке – 20, в этом году закончила там колледж. Когда-то решили, что не стоит ей колесить за мной по городам. Ночь на поезде – и я в Турку.

Дочь – совсем финка?
Русская! Дома по-фински не говорим.

У вас финский паспорт?
Никогда не задавался целью его получить. Достаточно вида на жительство.

Хорошо вам в Турку?
Спокойно. Тихо. В 9 вечера выключается свет. Для меня это как дача. Там прекрасно восстанавливаться после сезона. Читать, рыбачить…
На что ловите?
На спиннинг. И в России, и в Финляндии. На рыбалку предпочитаю ездить один. Хотя работал в Нижнем Новгороде – с водителем взяли лодку, сели под мостом. Поймали щуку, окуня, судака.

Лодка своя есть?
Пока нет. Это моя мечта.

Самая фантастическая рыбалка в вашей жизни?
Была такая – 2002 год, пауза в чемпионате. С ярославским «Локомотивом» махнули в Египет. Андрей Коваленко, Слава Буцаев, Илья Горохов… Сняли небольшой кораблик, целый день плавали. Все с удочками. Поймали шикарного тунца, тут же приготовили. Что-то невероятное по теплоте и эмоциям. Жаль, Вуйтека не было, он в Чехию ездил.

Кто тунца-то поймал?
Парни, у которых арендовали лодку. Профессионалы все-таки.

С папой на рыбалку ходите?
Наши дороги давно не пересекаются. С тех пор, как я уехал в Турку, трудились в разных клубах, а то и странах. Когда нам рыбачить?

Самые яркие детские воспоминания об отце?
Он 11 месяцев в году был на сборах. Мы жили на Водном стадионе, все детство прошло на улице. В «банку» играли, на плотах плавали. Идешь домой – сосед дядя Толя в тренировочных штанах, майке без рукавов лежит под своей «Победой». Каждый день ее ремонтировал. Остановлюсь, поговорим. Позже-то я понял, что это за фигура – Анатолий Парфенов!

Легендарный борец?
Да, олимпийский чемпион Мельбурна-1956. Фронтовик. Помню Аркадия Ивановича Чернышова, которого я почему-то называл Борис Диваныч… На Водном стадионе сами заливали каток, родители для нас соорудили коробку. Недавно смотрю программу Юли Меньшовой – беседует с Валерием Николаевым, актером. Тот рассказывает: «Отец привез мне из Чехословакии красные Botas. С того момента не только у Володи Юрзинова-младшего были фирменные коньки, еще и у меня».

Дружили с ним?
Вообще незнаком. Видимо, жили в соседних домах… Потом мы переехали в Фили – а это район хулиганский.

Чему научил хулиганский район?
Играть в регби.

Поворот.
Там была заводская команда. Хоккей я не бросал, но регби на пару лет увлекся серьезно. Полезная игра для становления характера. Ты всегда готов к сильному удару. Там ни передохнуть, ни отойти в сторону. Нет морально или физически слабых людей. Никаких склок в раздевалке, мелочности, фальши. Однажды на турнире в Зеленограде против нас вышли грузины. Ясно сразу – переростки. Мощные, здоровые – а мы-то мальчишки. Но бились до искр!
Самый подлый прием в регби?
Бутсой – на палец. А самая распространенная травма – перелом ключицы. Встречаешь игрока, тот выгибает руку так, что удар идет в ключицу. Ломается легко. В синяках я возвращался домой после каждой тренировки. Играли и летом, и зимой на стадионе «Спартак» при мясокомбинате.

Когда отец появлялся дома – это было счастье?
Еще бы! Начало 70-х. Отца пригласили в Тампере играющим тренером. Мне лет семь. Приехала туда сборная СССР, все звезды. Уезжая, оставили для меня связку клюшек Finstar. А Третьяк вратарскую – Toronto. Я раздал их приятелям. Прямо у дворца заливали большую площадку. Играли клюшками сборной СССР! Я – клюшкой Харламова!

Кто был звездой номер один в вашем мальчишеском восприятии?
Даже не в мальчишеском, а в юношеском. Пол Коффи! Никто меня так не поражал. Катание бесподобное, лучшее в сборной Канады.

Из наших?
Владимир Крутов! Особенный для меня человек в той выдающейся пятерке. Его били, а он все равно лез, лез… В последний раз видел Крутова незадолго до смерти на матче «Крыльев Советов». Он был на трибуне с женой, я подсел. Осталось ощущение боли от разговора – великий человек, но не может найти место… А фильм «Легенда № 17» я и смотреть не стал. Пусть Харламов хранится в моей памяти таким, каким был на самом деле.

Было в вашей жизни настоящее приключение – с побегом на край света.
Вы про стройотряд? Вот это авантюра! Последние два класса школы заканчивал в Риге, поступил в латвийский институт физкультуры. Играл за вторую команду рижского «Динамо», травмировал оба плеча. Одна из причин, почему пришлось завязать с хоккеем. На предпоследнем курсе предложили отправиться в стройотряд. За лето обещали сумасшедшие для студента деньги.

Рублей пятьсот?
Тысячи две! Мы все спортсмены, моментально собрались и в путь. Сначала до Якутска, оттуда еще на самолете, пересели в вертолет – и оказались в Батагае.

Реальный край света?
Выше разве что Верхоянск, самый холодный город в мире. Куда декабристов ссылали. Найдите Батагай на карте – поразитесь. Жили мы в палатке на пятнадцать человек. В 7 утра вставали на работу.

Что делали?
Строили городок. Оббивали дома вагонкой, таскали цемент. Выходных почти не было, вокруг дикая природа. Километр направо – и не знаешь, что тебя ждет. Как-то втроем срезали до лагеря через высоченный кустарник. Я последний, а один парень чуть отстал. Сзади слышно, как он шагает, пыхтит. Я все кричал: «Жора, давай быстрее!» Выходим к нашей поляне – а Жора уже там. До сих пор гадаю, кто шел за нами.

Медведь?
Да кто угодно! Места неисследованные. Какие-то суслики возле палаток бегали – якуты называли их евражки… А работа такая, что каждый сбросил килограммов по семь! Я – десять! Часть ребят ездила разгружать паромы. С барж таскали мешки с мукой – с 9 утра до 6 вечера. Все строго: отлучился на пять минут, трудодень не засчитывают.

Еду местную пробовали?
Не рискнули. А то запросто можно было трудодень потерять. Ели свою тушенку из банок. Когда все закончилось, с этой же компанией махнули в Туапсе отдыхать. Ходили пешком на пляж, где снимался фильм «Бриллиантовая рука». Помните Черные камни?

Кто ж не помнит.
Совершенно дикий уголок, иногда приплывали туристические кораблики. По берегу не добраться. Мы полчаса продирались через лес, попадали как раз туда, где Никулин ловил рыбу.

Тоже ловили?
Плавали с масками. Крабов доставали. Не подумайте, у нас компания спортивная. С утра пораньше не напивались. Чувствовали себя в Туапсе королями – с такими-то деньгами. Разлетелись быстро.

Как неаккуратно.
Наоборот. Вскоре грохнул дефолт, все эти тысячи обесценились.

Говорили, насколько дружны Виктор Тихонов с Юрзиновым-старшим, настолько дети не переносят друг друга.
Полная ерунда!

Рады это слышать.
Я к Василию Тихонову относился прекрасно. Его гибель – для меня большая личная трагедия. Два года играли друг против друга в финской лиге. Он тренировал «Лукко», я – «Ильвес». У Василия был огромный авторитет в Финляндии. А в России почему-то не сложилось.

Он рассказывал нам, как устроил японский сад. Как собирает оружие.
Да, интереснейший человек, жизнелюбивый. Старался успеть тысячу дел сразу. Мы часто встречались в Москве. Сын его играл у меня в «Северстали» – и туда Василий приезжал.

У вас была хоть одна коллекция?
Нет. Мои увлечения – театр, живопись, американский футбол. Когда-нибудь выкрою время – с удовольствием съезжу на Кубок четырех наций по регби. Это надо увидеть вживую.

Значит, к регби не охладели?
Нет. В матчах плей-офф я перед игрой ставил в раздевалке хаку.

Ритуальный танец сборной Новой Зеландии?
Да. Ребятам так понравилось!

Правда, что вы ни разу не заглядывали в отцовские блокноты?
Правда.

Почему?
А смысл?

Это же так любопытно.
Мне интереснее общаться с отцом, чем читать его тетради. Они не заменят живой разговор.

Про тренировочные лагеря вашего отца в Швейцарии ходят легенды. Что это такое?
Как правило, приезжают молодые хоккеисты. Кто не хочет летом отдыхать два-три месяца. Обязательное условие – человеческие качества. Чтоб сохранялась атмосфера пионерлагеря в лучшем понимании. Арендуется гостиница, лед, нанимаются преподаватели по катанию, например. Или акробатике. Играть по схемам сейчас умеют все – а эти лагеря полезны индивидуальным подходом. Они объединяют, в сегодняшнем мире люди чувствуют себя одинокими! Самое удивительное в этих лагерях – атмосфера!

Почему Каспарайтис и Яшин именно к отцу ездили – хотя могли договориться с любым тренером мира?
Потому что отец очень интересный, современный человек. От него исходит энергия. Это действительно его близкие люди – Яшин, Каспарайтис, Женя Попихин, Саша Смирнов, Олег Знарок… Многие себя называют «воспитанниками Юрзинова». Но я-то видел – некоторые появлялись, лишь когда искали работу. Говорили: «Владимир Владимирович – мой учитель». Находили – и снова пропадали года на три.

Отец болезненно относится к таким вещам?
Он никогда не обижается, по-моему. Скорее всего, даже не замечает.

На вас долго давил этот шлейф – «сын Юрзинова». Когда отпустило?
В «Салавате». Там почувствовал – шлейфа больше нет.

В хоккейном мире лучше ничьим сыном не быть?
Сто процентов!

Почему?
Это в бизнесе к сыну банкира или владельца ресторана относятся с уважением. У нас своя специфика. Ты постоянно под микроскопом. То, что легко прощается другому, тебе обязательно припомнят. Я знал – на протяжении всей карьеры на меня…

Будут смотреть, как на блатного?
Скажу иначе – ляжет дополнительная нагрузка. Принял правила игры и реагировал спокойно. Ну а когда двадцать лет отработаешь тренером, на это вообще не обращаешь внимания.

В Финляндии ваша команда пересекалась в плей-офф с клубом Юрзинова-старшего?
Бог есть – ни разу судьба не свела. Это было бы слишком жестоко. В регулярном чемпионате четыре года играл против отца. Иногда и «раздевал» его. Запомнился матч в 1998-м. Я в «Ильвесе», а он дорабатывал последний свой финский сезон. У него – ТПС, элита финского хоккея. Всегда наверху.

А «Ильвес»?
Я принял команду на 12-м месте. Шаг за шагом поднимались к серебряным медалям. К моменту встречи с отцом мы одержали пять побед подряд. У него серия из трех поражений. Для такого клуба – ЧП! Ведем 3:0 на выезде, в Турку. Но проигрываем – 3:4! Закончилась пресс-конференция, встали с отцом в сторонке. Вдруг он говорит: «Знаешь, если б сегодня уступили, я бы ушел». Посмотрел ему в глаза – и понял: точно ушел бы. Вот это врезалось в память на всю жизнь. Чуть отца родного не отправил в отставку.

Доводилось вам его и обыгрывать. На одной такой финской пресс-конференции ему задали вопрос: «Юрси, ваш сын…» – а он раздраженно прервал: «Это не мой сын!»
Пошутил. Кстати, вы помните, как я с «Ильвесом» приезжал в Москву?

Смутно.
1999-й, «Финал четырех» Евролиги. К сожалению, не мог играть мой лучший вратарь Веса Тоскала, который потом много лет выступал в НХЛ. В том «Ильвесе» голкипер был ключевой фигурой. Мы проиграли «Динамо», а в матче за третье место – немецкому «Айсбэрену». Вот это было ужасно.

Что такого?
Немцы всю ночь пили, шатались по гостинице. А мои ребята готовились! Первые два периода у нас подавляющее преимущество, но пара бросков – и горим. В финале же случилась легендарная шайба Андрея Маркова через всю площадку в ворота Тортунова.

С тем «Металлургом» не справился бы никто?
Так мы с ними играли в полуфинальной серии.

И что?
2:2. Карпов, Гусманов, Антипин, Корешковы… Я против Белоусова. Меня поразил ритм, в котором играл «Металлург». Как трактор!

То есть?
Ту-ту-ту, ту-ту-ту… Нагнетали и нагнетали, не снижали темп вообще!

Валерий Карпов говорил нам – в те годы у него был лучший контракт в российском хоккее, 250 тысяч долларов в год. Сколько платили вам?
В Финляндии – 300 тысяч марок в год. По финским меркам контракт считался хорошим. Результат с каждым годом улучшался – деньги сразу поднимали.

Наверное, имеете там право на пенсию.
Не выяснял. Мне кажется, рановато. Стоит ли думать о том, что после 50 лет осталось пару раз машину поменять?

Поработав в «Ильвесе» с Игорем Вязьмикиным, поняли, почему Виктор Тихонов считал его едва ли не самым талантливым хоккеистом ЦСКА?
У меня Вязьмикин играл в третьем звене. Но силищей обладал феноменальной. Исключительные природные данные. На первой же тренировке легко закинул на плечи стокилограммовую штангу и начал приседать. Я обалдел.

Тогда он был в завязке?
Да. Вязьмикин до этого провел сезон в «Хермесе» из Кокколы. Первая лига, один из лучших бомбардиров. Навел там справки, прежде чем пригласить его в «Ильвес». Сказали – не пьет. И у меня держался. В Тампере приехал с женой, сыном. За Игоря лишь раз пришлось поволноваться.

Что натворил?
В Тампере кругом леса, на предсезонке бегали кросс. Капитаном «Ильвеса» был Раймо Хелминен. Уникальный хоккеист, играл на шести Олимпиадах! Раймо я вручал секундомер: «Темп такой-то. Через час пятнадцать жду у дворца». Знал – контролировать не надо. Как-то команда возвращается – Вязьмикина нет. Ребята плечами пожимают: «Да он сзади бежал». Ждем 30 минут, 40, 50… Паника. Спустя два часа вижу – плетется. «Ты где был?!» – «Заблудился. Еле выбрался».

Говорят, единственная нация, которая может перепить русских, – финны. Правда?
Да ну! Стереотип! Сколько жил и работал в Финляндии – никогда с такой проблемой не сталкивался. Наоборот, там помешаны на здоровом образе жизни. Многие бегают, ходят пешком с палочками, ездят на велосипеде… По-моему, немцы и итальянцы пьют гораздо больше, чем финны!

Отец сказал про вашу работу в Финляндии: «Я прозвал сына «диким тренером». У него совсем не такие методы, как у меня. Поначалу они казались странными, но результаты-то приносят!» О чем это он?
Понятия не имею. При случае расспросите отца. Мне он ничего подобного не говорил.

Вы же успели побыть его ассистентом?
Нет. На скамейке с ним стоял один раз – в ТПС. Я начинал тренерскую карьеру, возглавил молодежную команду ТПС и в декабре 1993-го полетел с отцом в Дюссельдорф на финал Кубка чемпионов.

В тот момент наблюдали за ним уже другими глазами. Открыли для себя что-то новое?
Да какие открытия… Смотрел хоккей и ни о чем не думал. Сплошные эмоции. За отцом не следил, казалось, все самое интересное происходит на площадке. В финале «Динамо» вело 1:0, 3:1, но ТПС вырвал победу 4:3. Решающую шайбу за полторы минуты до сирены забросил Эса Кескинен.

Сегодня пошли бы ассистентом?
Почему нет? Был такой опыт и в «Локомотиве», и в СКА, и в «Салавате». Второй тренер тратит меньше эмоций, но свободного времени практически нет. Много внимания уделяешь техническим деталям, дополнительным занятиям с молодежью, хоккеистами, у которых мало игровой практики. Главное – идти ассистентом, четко это осознавая. И не терзаться.

Кто для вас идеальный второй тренер?
Валера Белов. С Билялетдиновым в «Ак Барсе» у них был изумительный тандем, прекрасно дополняли друг друга. Сейчас Белов пробует работать самостоятельно. Дай бог удачи!

Отец уверял, чего в вас нет – так это умения работать локтями.
Не согласен! Умею! Просто не показываю… В жизни-то я спокойный. А в команде – жесткий. Требовательный. Могу напихать, повысить голос. Вот в закулисной борьбе действительно не силен. Все это вызывает отторжение. Я – тренер, занимаюсь только хоккеем. Не расплескиваю себя на интриги, поиск врагов. Хотя были ситуации, когда от этого пострадал.

Вы об истории в декабре 2014-го? «Салават» проиграл на выезде «Атланту» 1:6. Из Мытищ команда отправилась на матч в Братиславу, а вы – в Уфу.
Если коротко – менеджер (Олег Гросс. – Прим. «СЭ») и директор (Рустэм Ишалин. – Прим. «СЭ») меня уволили. Высшее руководство клуба и спонсоры сочли это решение неправильным. Вернули. За что очень благодарен. Я улетел в Загреб, обыграли «Медвешчак» 3:1. Сезон довел до конца.

Чем же не угодили Гроссу и Ишалину?
Все, больше на эту тему ни слова!

В 2007-м свою отставку из нижегородского «Торпедо», прокомментировали интригующе: «Рейдерский захват».
Раз сказал – значит, пусть так и будет: рейдерский захват. Из всех отставок торпедовская – самая неприятная и неожиданная. Но подробностей не ждите. Я не из тех, кто любит полоскать грязное белье. Это уносит вниз, создает негативный фон. Зачем усложнять жизнь, вспоминать плохое? Такие моменты зачеркиваю и выкидываю из памяти. Хорошего все равно больше.

Когда в 2003-м вас убрали из «Локомотива», рубанули в интервью: «В Ярославле работать не буду никогда!» А отец ваш отреагировал: «Ну и дурак! Нельзя так говорить!» Кто прав?
Я бы на месте отца сформулировал помягче. Но это его мнение. У меня – свое. Тогда я сказал то, что думал. А сейчас оглядываюсь назад и ощущаю себя, как герой одного из моих любимых фильмов – «Побег из Шоушенка».

???
Он приговорен к пожизненному заключению. Каждые десять лет получает отказ от комиссии по досрочным освобождениям. На очередной вопрос: «Вы раскаиваетесь?» – отвечает: «Да я не помню, каким был сорок лет назад. Этого парня уже нет…» Здесь прошло сколько? Тринадцать сезонов? Могу повторить то же самое.

Раз уж коснулись кино. Еще какие фильмы любите?
Обожаю «Брат-2». Всякий раз с удовольствием пересматриваю. «Нокдаун» с Расселом Кроу так понравился, что включал команде в автобусе. Ребята были под впечатлением. Фильм 2005 года, но до сих пор актуален. Увидеть его полезно любому спортсмену.

Поставить после поражения в автобусе порнокассету, как Сергей Николаев или Владимир Васильев, – спортсменам полезно?
Боже упаси. Я не осуждаю. Но это не мой стиль.

В Ярославле вы ассистировали Владимиру Вуйтеку, с которым два года подряд выигрывали золотые медали. Особенный человек?
Интеллигентный, уравновешенный, немногословный. Реалист. Если чувствовал, что матч уже не вытащить, – оставался спокоен. Кто-то в такой ситуации ведет себя неадекватно, швыряет на лед планшетки, бутылки. Работает на публику. У Владимира – никакой показухи. Впрочем, проигрывали мы редко.

Это точно.
Тренер и команда идеально подходили друг другу. В том «Локомотиве» были замечательные ребята. Не только по игровым, но и по человеческим качествам. Не заносчивые, позитивные, духовитые. С явным лидером – Андреем Коваленко. Я разных капитанов повидал, но с ним не сравнится никто.

Почему?
Вожак! Говорил и делал! Забивал победные голы, часто в одиночку решал исход матча. Авторитетом пользовался колоссальным. Ему даже голос не стоило повышать в раздевалке. Едва брал слово, все замолкали. При этом не пыжился. Наоборот, веселый, компанейский.

А Иван Ткаченко?
Ваня – светлый человек. Открытый, доброжелательный. Начало карьеры не складывалось. Постоянно отдавали в аренду – Тверь, Заволжье, Нижнекамск. Когда Вуйтек принял «Локомотив», Ткаченко отправился в Нижний Новгород. Но на предсезонных турнирах отыграл за «Торпедо» здорово, и Владимир вернул его в Ярославль. Как же Ваня радовался! Родилось чудесное звено Ян Петерек – Серега Королев – Ткаченко. Они и вне льда дружили.

После гибели Ткаченко стало известно, что он тайно помогал тяжело больным детям. За несколько лет перечислил почти десять миллионов рублей.
Тех, кто знал Ваню, эта история абсолютно не удивила. У него было большое и доброе сердце. В том самолете он оказался единственным игроком из чемпионского состава Вуйтека. Но весь персонал трудился в клубе очень давно. Врач Андрей Зимин. Администратор Володя Пискунов. Видеооператор Юра Бахвалов. Массажист Саша Беляев. Женя Сидоров, который занимался аналитикой… Вечная им память.

Был на том рейсе и Александр Вьюхин.
Я работал с ним в «Сибири» и «Северстали». Саша любил всех – и люди отвечали ему тем же. Человек эмоций. Готов был поддержать разговор на любую тему, с жаром доказывал собственную правоту. Честный, порядочный, ответственный. Перед матчем заряжал уверенностью: «Владимирыч, завтра выйду – порвем!» И выигрывали! Хотя в «Сибири» были сложные моменты, задерживали зарплату, премиальные. Но в команде собрались настоящие мужики. Вьюхин, Олег Белов, Андрей Субботин, Серега Климович, Рава Якубов, Женя Хацей… Выходили на лед с травмами, бросались под шайбу. Не скулили, не гундосили, не капризничали. С такими можно и в огонь, и в воду. Уважаю.

Самый памятный эпизод, когда ваш хоккеист лег под шайбу?
Играли с «Авангардом», остались в меньшинстве. Так за это время Хацей трижды накрывал броски Куляша!

Ого. Куляшу когда-то принадлежал мировой рекорд по силе броска.
Слава богу, в лицо не попадал. Но все видели, как Жене больно. Корчился, вставал – и через несколько секунд снова принимал на себя шайбу. Невероятное мужество! А Брент Сопел в «Салавате»? В Риге полматча отыграл с двойным переломом ноги! Накануне плей-офф доломался в третий раз. Едва восстановился – сразу на лед, как ни в чем не бывало продолжал бросаться под шайбу. Хотя ему-то что доказывать? Обладатель Кубка Стэнли! Почти семьсот матчей в НХЛ!

На ваших глазах случались страшные травмы?
В «Ильвесе» на тренировке столкнулись двое. Один в падении полоснул товарища коньком по шее. Чудом не задел сонную артерию. Картина жуткая – кровь, носилки…

Парень вернулся в хоккей?
Да. На площадку выходил в специальном «ошейнике». Лешке Стонкусу в Ярославле повезло меньше. После удара в борт чеха Томаша Хлубны из «Магнитки» получил оскольчатый перелом позвонка. Сначала не думали, что травма настолько серьезная. Диагноз выяснился в больнице. Две операции, месяцы лечения. На прежний уровень не вышел, но в первой лиге поиграл. Сейчас в Ярославле детишек тренирует.

Хоккей потерял классного защитника?
Леша был очень талантливый. В 19 лет в том «Локомотиве» не каждый бы заиграл.

Года два назад вас в Уфе прихватило, угодили в госпиталь.
Да ничего не «прихватило». Аппендицит!

Аппендицит всегда не вовремя.
А у меня – тем более. Боли нет, но какой-то дискомфорт. День такое состояние, три, неделю… Накануне товарищеского матча с «Нефтехимиком» совсем нехорошо. Температура взлетела. Приехали в больницу – тут же на операцию. Вот-вот плей-офф! Но там я уже был с командой.

Радулова в «Салавате» застали?
В первый сезон, когда был ассистентом.

Ладили?
Саня – нормальный парень. Да, ершистый, экспансивный, на все своя точка зрения. Зато с ним интересно. Такие хоккеисты нужны в команде. А то бывает: коллектив отличный, ребята спокойные, правильные, исполнительные… Но результата нет!

Откройте секрет – как найти общий язык с Радуловым?
Игроки ценят искренность, честность. Выстраивать отношения с ними надо так, чтоб любому мог смотреть в глаза. И объяснить, что от них хочешь. В «Салавате» у меня не было конфликтов ни с Радуловым, ни с Сергеем Зиновьевым, у которого характер тоже не подарок.

Над хоккеистами в команде подшучивают регулярно. А над тренерами?
Единственный случай был в Финляндии. Кто-то поиграл с моим телефоном и установил в качестве языка китайские иероглифы.

Сами исправляли?
Нет. Попросил ребят – переделали обратно на финский.

Последнее в вашей жизни предложение из Финляндии?
Прошлой весной. Но я только-только расстался с «Салаватом», месяца три планировал передохнуть, побыть с семьей. Вариант даже не рассматривал.

А теперь?
Не зарекаюсь. Хотя приоритет для меня – КХЛ. Были переговоры с минским «Динамо». Но команда выиграла несколько матчей, и руководство решило не увольнять Андрея Ковалева… После Нового года появилось огромное желание работать. Пора за что-то браться. Не все ж по телевизору хоккей смотреть.

Один футбольный тренер нам рассказывал: «Я посмотрел четыре матча подряд. Чуть с ума не сошел». У вас были рекорды?
Три хоккейных матча в день. Плюс видеообзор. Всё в радость.

Ни разу не засыпали под хоккей?
Никогда! Я же наблюдаю не как болельщик – выхватываю глазом, что у команды с игрой в большинстве. Что с обороной. Как выходят из зоны. Каждого хоккеиста знаю не только по фамилии – по году рождения!

За год, что вы без работы – самое яркое путешествие?
В Зальцбург. Поглядел, как «Ред Булл» играл с чехами в Среднеевропейской лиге. Затем по городу прогулялся. Да и в Москве много интересного. Ходили с женой в Третьяковку. В театр Сатиры на «Орнифль». Блестяще играет Ширвиндт! Я смотрел и думал: кажется, был здесь совсем недавно. Потом понимаю – играла Аросева один из последних своих спектаклей. Значит, несколько лет прошло.

А читаете что?
Да вот купил на днях автобиографию Махатмы Ганди. До этого Конфуция читал. Мне ближе познавательная литература. На беллетристику тратить время жалко.
***


Владимир Владимирович, говорят, что в журналисткой среде номер вашего мобильного телефона – большая тайна. У вас действительно есть на то причины?
Причины нет, но я стараюсь во время матчей, между матчами меньше общаться. Потому что матчи очень серьезные. Подготовка очень серьезная и для этого просто не хватает времени. Когда возникают какие-то паузы, на Евротур или когда два-три выходных, я, например, с удовольствием могу дать интервью, без проблем, конечно. Просто, действительно, специфика нашей работы такова, что она занимает очень много времени. Просто нет времени отвлекаться.

А насколько вы открытый человек, как вы считаете?
Открытый человек… Ну, в общем-то я считаю, что все тренеры и многие люди, которые работают в этой профессии, они, наверное, не могут быть открытыми. Потому что у людей должен существовать внутренний мир. Для близких, друзей. В первую очередь, несомненно, это семья. Поэтому, наверное, у людей должны быть свои тайны. Все нельзя выставлять наружу.

Вашего деда звали Владимир. Вашего отца и вас тоже зовут Владимир. Что значит это имя для вашей семьи?
 Ну, традиция была. Не знаю даже почему, с чем связано. Дедушка был Владимир Порфирьевич, отец Владимир, я Владимир. Я, честно говоря, никогда не задавался этим вопросом. Ну, так было принято.
А как рано в вашей семье мужчины начинают самостоятельную жизнь?
Ну, я не знаю. Очень сложно говорить. Раньше были времена, намного проще все было. Раньше была улица, были друзья. Раньше молодое поколение не находилось дома, мы всегда где-то на улице были, помню всегда в банку играли. Гоняли на велосипедах, плавали на плотах по прудам и по льду носились в молодости. Поэтому жизнь была другая. Наверное, не было такой опасности. Люди были более доброжелательные. Люди были более общительные. Не было тогда особенно ни телефонов, ни телевизоров, ни на что то есть не отвлекались. Поэтому в основном все время проходило на улице. И с 14, 15 лет из ребят, из моих друзей дома уже никого найти нельзя было. Да даже не с 14 и 15 лет, а с самого детства.

А вы помните свой первый заработанный рубль?
Я? Когда играл в хоккей, наверное. Было много моментов, и в стройотряде я работал в Верхоянске. Это когда в институте я учился. Я в хоккей всегда играл. Но и в институте какую-то стипендию платили.

А как тратили?
В основном эти деньги всегда были небольшие. Поэтому, как сказать, всегда находилось им применение. Какие-то развлечения, кино. Самые обычные юношеские увлечения.

Существует мнение, что в 27 лет вы уехали в Финляндию, чтобы доказать, что можете состояться как тренер без авторитета отца. У вас это получилось. В Финляндии сегодня вы почти что национальный герой.
Ну, так громко, наверное, нельзя говорить. Национальный герой – нет. В тренерской профессии национальных героев не бывает вообще. Потому что специфика нашей профессии заключается в том, что когда тренер выигрывает, к нему очень хорошо относятся, появляется много друзей. Наверное, почему очень многие тренеры закрытые. Появляется огромное количество друзей, телефон разрывается. Но разные ведь бывают ситуации. Травма вратаря, травмы ведущих игроков, ведь, много причин, когда может не сложиться. Бывает, что телефон замолкает на 2-3 месяца. И вы как раз вопрос задавали, почему телефон тайна, потому что появляется определенная избирательность. Потому что хочется общаться с теми людьми, которые общаются с тобой всегда. Когда блестящие результаты, когда результат не очень хороший, есть самые близкие друзья, это жена, дочь, это люди, которые всегда с тобой, всегда поддержат, в сложную минуту и в радостную минуту. Я считаю, что много интересных вещей есть у Конфуция на этот счет. В его взглядах для меня лично очень много интересного. Он пишет о том, что человек должен стараться держаться середины. Его не должно нести вверх, его не должно уносить вниз. И тогда ему будет легко жить. Тогда будут настоящие друзья, тогда ты будешь себя чувствовать комфортно.

А когда вы открыли для себя Конфуция?
Я вообще много читал. Потому что мне нравится очень много, и я увлекаюсь очень многим. Мне нравится и театр, мне нравится и кино, мне нравится и живопись. Я достаточно разносторонний человек, мне нравится рыбалка. У меня очень много увлечений помимо хоккея, конечно, когда бывает свободное время. Потому что это своего рода какое-то переключение. Потому что к алкоголю, например, я отношусь не очень хорошо. Поэтому у меня в жизни очень много разных увлечений.
И все-таки возвращаясь к Финляндии. Вас там уважают. А вот в России героем стать сложно, еще сложнее оставаться им долгое время. Стоило ли возвращаться сюда, в Россию?
Во-первых, ситуация была следующая. Тогда были 90-ые годы. После того, как я закончил играть в хоккей, я в общем-то не собирался становиться тренером. Я работал в банке. После института какое-то время я работал в Госкомспорте. В связи с травмой это было какой-то период времени. Много было интересного. Я вам хочу сказать еще одну интересную вещь. В свое время у меня был перерыв, когда я играл в регби. Я играл за юношескую команду.

России?
Да, это был клуб «Фили» регбийный, с очень большими традициями. Хорошая заводская команда. Завод Хруничева. Многократный чемпион России. Я играл в юношеской команде. Там ребята из простых семей. Хорошая команда была, такая рабочая, боевая. Для меня это тоже был определенный этап в жизни. Тоже было очень интересно. Я играл в регби, потом играл в хоккей. Это было очень интересно. Потому что друзья из двора, из класса пошли и получилась очень интересная, тяжелая игра. В то время для молодых ребят это, наверное, самая лучшая школа. Именно такой вид спорта, как регби. Это закаляет. Это хорошая, самоотверженная, по-настоящему мужская игра.

Почему хоккей все-таки пересилил?
Я всегда играл в хоккей. Просто говорю, что это был определенный период. Когда уезжал, честно говоря, я поехал попробовать. Мне было интересно. Я все-таки много лет отдал хоккею, всю жизнь играл в хоккей, я имею в виду. Поэтому в Финляндию я поехал только попробовать – получится или не получится? У меня не было какой-то, знаете, фанатичной цели, стать хоккейным тренером. Что я читал какие-то блокноты или знал всех игроков, нет. Я был нормальный обычный парень. Как и все.

Так стоило ли возвращаться?
В Финляндии я получил огромный опыт, мне было очень интересно. Проработал там практически в течении 10 лет. И в 29 лет я стал главным тренером лиги, несомненно, это было очень интересно и мне доверяли. И тогда уровень хоккея был очень высокий. В Финляндии играли лучшие игроки, играли чехи, канадцы, и наши были игроки. У меня в свое время даже Вязьмикин играл, Эрка Вестерлунд, который работает сегодня главным тренером. В 98-ом году я проиграл в финале, наша команда проиграла его команде в финале. Тогда были звезды, у них была очень сильная команда. Часть игроков, которые до сих пор являются звездами. Это Рафальский, Тимонен, Тим Томас вратарь, Руту, Йокинен, Каролах. Можно назвать много. У меня капитаном команды в «Ильвисе» был Раймо Хелминен, который в прошлом году работал в «Барысе» вторым тренером. Очень интересна жизнь спортивная, она где-то все равно соприкасается. Человек, который участвовал в шести Олимпийских играх, и в общем-то хоккей – это интересно.

Когда вы с ними встречаетесь сейчас, есть что обсудить?
Ну да, конечно. Но все равно хоккейный мир, он достаточно небольшой. Несомненно, все тренеры общаются между собой.

И все-таки вы переехали в Россию. Почему было принято вами это решение?
Ну, потому что работа заграницей имеет свои правила. Тренерам-иностранцам дают клубы, которые находятся внизу турнирной таблицы. В клубах-лидерах работают свои, местные тренеры. Я работал в молодежной команде, я работал в фармклубе ТПС, потом я работал 4 года в клубе, в котором мы начали с 12 места и проиграли там за бронзу матч, потом проиграли в финале, в Европейской лиге играли, попали в четверку лучших команд Европы. И потом опять уходить психологически в последнюю команду, из команды, которая хорошо играла, был хороший результат, было сложно. Туда потом пришел свой тренер, местный. А я поехал в клуб туда, вниз. Я работал в неплохой команде, с неплохими ребятами, но таких перспектив в то время с той командой именно в тот период времени, наверное, не было. В то время уже поступали предложения из России. У меня были и до этого предложения, но я для себя четко решил, что я поеду. Я благодарен Юрию Николаевичу Яковлеву, который пригласил меня тогда в «Локомотив», к Вуйтеку. Мы два сезона играли, выиграли золотые медали. Блестящая была команда. И была очень хорошая работа. Даже не работа, неправильно сказал, а была очень хорошая команда, хорошие лидеры, классные ребята. И Андрей Коваленко, и Бутцаев Слава, и Красоткин, и Егор Подомацкий, и Бут, и Ваня Ткаченко, и Терек, Горохов там. Я просто боюсь кого-то обидеть, не назвать. Это был действительно интересный коллектив, мне было очень интересно работать с Вуйтеком. И тогда два раза выиграли золотые медали, конечно, это был большой праздник и, честно говоря, было приятно вернуться домой. Я всегда в общем-то считал себя россиянином, никогда никуда не отрывался. Другой вопрос, что ты можешь где-то работать, это да, но все равно по сути-то я родился и вырос в Москве, это совершенно нормально. Я никуда не собирался оттуда уезжать.

Ваш отец знаменитый советский хоккеист и тренер Владимир Юрзинов-старший всегда очень дружелюбно отзывается о вас в своих интервью. Например, он говорит, что вы «упрямы, гнете свою линию и не подпускаете к себе никогда, когда дело касается хоккея». В то же время вы «слишком порядочны». Насколько вам комфортно слышать подобные публичные оценки отца?
Я живу самостоятельной жизнью много лет. Как бы сказать правильно? Вот, например, работая в Финляндии и вообще. Там к традициям относятся совершенно нормально. Там много игроков, вот Вилли Пелтонен был очень известный игрок, играл много лет в сборной. Йоко Ковон, его сыновья играли. Там к преемственности относятся очень спокойно. И относятся положительно. У нас другая специфика. У нас преемственность так воспринимается, если только, например, сын ресторатора или сын банкира. К ним относятся с большим уважением. А в спорте каждый человек он выбирает свой путь. Каждый тренер, я считаю, должен идти своим путем. Нет другого. Потому что разные коллективы, есть молодые команды, есть взрослые команды, разные составы. Здесь только индивидуальный путь, который ты выбираешь сам. Ты можешь интересоваться, как работают другие тренеры, ты можешь смотреть, как работают в европейских командах, в российских командах. Но у тебя должен быть свой взгляд, свое видение хоккея. Я хочу сказать, что даже когда я был молодой, когда я только начинал работать тренером, мне отец сказал: «Ты должен идти своим путем, у тебя свой взгляд на хоккей, у тебя свое видение и никого не слушай. Иди своим путем». Я считаю, что это была отправная точка. И это совершенно правильно. Я всегда думал только своими мозгами. Хоккей он постоянно развивается, меняется, надо несомненно всегда развиваться как тренер. У тебя должен быть стержень, свое видение своей команды.

А ваш папа строгий? Как он воспитывал вас в детстве?
Да я его не видел. Он же всегда работал в сборной, работал в клубах. Тогда же в те времена все тренеры, все игроки жили на сборах.

А кто вас воспитывал тогда?
Ну, мама, да. Тогда все были самостоятельные. Тогда было другое детство. В 10 лет уже носились на улице и жили своей жизнью. Тогда воспитывала улица, были хорошие взаимоотношения между соседями. Люди воспитывались в среде этой.

А какой по счету Уфа – город в истории переездов?
Тренерская профессия вообще специфическая. Я не уделяю этому внимания, но все тренеры переезжают. Хорошо, если тренер работает какой-то длительный период времени. А так, у всех тренеров это кочевая жизнь и у их семей. Все вопросы решают по-своему, кто-то так, кто-то по-другому.

А какое у вас было первое впечатление от Уфы?
В первый раз я приехал в Уфу в 2001 году. Я приехал с «Локомотивом» на турнир. Вы знаете, у меня ощущение первое от Уфы – теплый город, где очень много солнца. И очень спокойные, доброжелательные люди.

Вы весной приезжали?
Нет, я приезжал летом. Спокойствие такое, красивый центр. Тогда еще был старый Дворец Спорта. У меня было какое-то ощущение тепла. Никакой агрессии, какой-то излишней суеты. Такой спокойный, красивый и теплый город. Чем-то напоминает даже, может быть, южные города. Может быть, из детства. То, что очень нравится в Уфе – доброжелательные люди. Я вообще люблю вечером погулять по Уфе, мне очень комфортно.

А в какой части города вы гуляете?
В основном по центру города. Очень важно, что есть ощущение комфорта. Во-первых, хорошие тренировочные условия, хочу сказать «спасибо» Муртазе Губайдулловичу, Хоккейному клубу «Салават Юлаев», что создали прекрасные условия тренировочные – лед, и тренировочная арена, у нас есть все условия для того, чтобы хорошо работать. Еще арена находится в центре города. Так что здесь очень красиво, мне очень нравится. Если честно, ощущение комфорта. Это понимание очень емкое, но оно очень важное. Наверное, так.

Есть мнение, что вы умеете мирить между собой враждующих хоккеистов. Пришлось ли использовать этот талант накануне нового сезона?
Я никогда не занимался примирением отдельных хоккеистов, я считаю, что надо создавать хорошую атмосферу в команде. Даже не хорошую атмосферу, а правильную атмосферу для спортивного клуба. Я сам воспитанник «динамовской» школы, я много лет был в Риге. Все равно люди переносят свои определенные стереотипы, я считаю, что должен быть хороший коллектив. Отношения должны быть честные, правдивые и открытые. Если возникает какая-то проблема, то ее надо обсуждать. К этому относятся хорошо. Я могу сказать, что я с этим сталкивался, работая в России, работая в Финляндии. Открытость, понимание, о чем ты говоришь, и тогда строятся нормальные взаимоотношения. Это тот же коллектив. Не важно где этот коллектив – здесь или на каком-то предприятии, на автобазе или еще где-то. Необходимо, чтобы люди были объединены единой целью, просто нужно подбирать и собирать тех людей, которые хотят чего-то достичь. С такими людьми легко работать. Когда кого-то уговаривают, тащить насильно или перевоспитывать, у нас слишком высокий уровень, чтобы заниматься этими вопросами. Мы не должны терять на это время, потому что у нас помимо этого очень тяжелая и ответственная работа.

И последний вопрос. Вы точно знаете, что такое разочарование и неудачи. Знаете ли вы секрет того, как сохранить веру в себя и найти силы двигаться вперед?
Надо работать. Я понимаю, что это достаточно банальный ответ, но только через работу все приходит. Нет другого пути. Знаете, ловить какой-то фарт или ждать какого-то счастья, не стоит. Несомненно, удача должна быть, но все это, весь результат добивается, как бы банально не было это сказано, только через труд. Через отношение тренеров, через отношения игроков, через это складывается коллектив. Я вообще считаю, что у меня требования к себе и к любому члену коллектива одинаковые. Я так же спрашиваю с себя, как и с других. Я имею на это право. Потому что для меня нет разницы, молодой ты игрок или опытный, мы стараемся быть наравне. Потому что мы вместе отвечаем за результат. Вот часто задают вопрос: Сегодня вот эти здорово сыграли, сегодня вот те здорово сыграли, но тот игрок, может быть, пять раз под шайбу лег. Это забил, а этот пять раз лег под шайбу. Чей вклад больше? Ну, как сказать? Это все вещи, которые достаточно относительные. Потому что здесь общий результат. Общая игра всей команды, всех игроков, которые выходят на лед.

Источник: http://ria-bashkiria.com


На KHL.ru продолжает серию итоговых интервью с главными тренерами команд. Владимир Юрзинов – о причинах невыхода в плей-офф, лидерах и тех, кому не удалось проявить себя в команде, своём будущем в клубе и многом другом.

Владимир Юрзинов возглавил «Трактор» в ноябре после увольнения Петериса Скудры. При новом главном тренере челябинская команда ожила и включилась в борьбу за плей-офф. Однако слишком много было упущено на старте – «Трактор» не смог попасть в кубковый раунд. В концовке регулярного чемпионата челябинцам удалось уйти с последнего места на Востоке.
«Откровенно говоря, я думал, что будет проще»

Владимир Владимирович, «Трактор» закончил сезон на предпоследнем месте на Востоке. Тем не менее, было ли что-то позитивное в этом чемпионате?
Понятно, что результат «Трактора» в этом сезоне никого не устраивает. Когда я пришёл в команду четыре месяца назад, я, откровенно говоря, думал, что будет проще. Мы с тренерами исправляли одни ошибки, но тут же появлялись другие. Пробовали новые сочетания, но не всё получилось. Ребята старались проявить себя, однако не хватало стабильности, и первая пятёрка не получала полноценной поддержки. Руководство «Трактора» помогало, клуб пытался усилиться перед Новым годом, до дедлайна вели переговоры с несколькими игроками, но, к сожалению, они не пополнили состав «Трактора».
Сложностей хватало – психологическое состояние, организация игры, нестабильная игра вратарей, тяжёлые соперники в ноябре. Я бы хотел отметить всех, кто работал в тренерском штабе. Мы проделали большой объём работы. Да, не всё получилось так, как мы хотели. Но к концу сезона «Трактор» уже выглядел командой, и важно, что нас продолжали поддерживать болельщики. Мы проводили хорошие, яркие матчи – трижды в чемпионате обыграли «Металлург», также побеждали «Авангард», «Салават Юлаев». Хоккеистам стало проще играть и психологически они стали увереннее. Однако основное время было утеряно в ноябре-декабре.
В концовке решили пригласить ребят из «Челмета», дали им возможность проявить себя. Так что мы заложили хороший фундамент для «Трактора», и у клуба хорошее будущее. Сейчас всё будет детально проанализировано и исправлены те ошибки, которые были сделаны.

Команда досталась вам в плохом физическом, психологическом состоянии?
Нам пришлось поменять организацию игры и тактические схемы, мы искали новые звенья и сочетания. Кто-то из хоккеистов справился с новой ролью, а кто-то – нет. Просто много времени ушло на организационные вопросы. Плюс ещё травмы ведущих игроков.

Многие российские игроки, которых брали на роли лидеров, не смогли проявить себя – Попов, Глинкин, Малыхин, Кручинин, Лисин…
Я бы не хотел переходить на фамилии. Команда была создана уже летом. Нам не хватало стабильности. Только мы наладили игру, как сразу случилось несколько провальных матчей. После Нового года удачно начали играть, но случились травма Артёма Михеева, болезнь Эндрю Кейлофа - и мы не набрали нужные очки на выезде. Старались стабилизировать игру, и к концу сезона появился командный хоккей, хорошее психологическое состояние и уверенность в своих силах.

Зато смогли выстрелить Ярослав Косов и Александр Авцин.
Все хоккеисты – разные, все со своим характером. Кто-то легче адаптировался и получил ту роль, которая ему не доставалась в других клубах. Положительных примеров много – в конце сезона командная игра и вратарская линия были уже лучше.

Лукаш Седлак провёл великолепный сезон, побил клубный снайперский рекорд. В чём особенность этого игрока?
Лукаш – молодец, он боец, характерный игрок. В нужные для команды моменты он всегда проявлял свои лидерские качества.

Вратарский обмен (Василий Демченко на Станислава Галимова) пошёл «Трактору» всё-таки на пользу?
Я не настолько хорошо успел узнать Демченко, поэтому мне сложно ответить. Мы рассчитывали на Демченко, но он, к сожалению, не справился с ролью первого вратаря. Каждый чемпионат складывается для всех по-разному. Хорошую работу со Станиславом Галимовым и Иваном Федотовым провёл тренер вратарей Ари Мойсанен, они стали играть на хорошем уровне – это для команды большой плюс.

Что не получилось у Виталия Кравцова?
Тогда сразу несколько игроков появились в составе одновременно. Мы старались подобрать новые связки и всем давали возможность проявить себя. Но не у всех получилось. Просто не сложилось. Той «химии», которая раньше существовала у них с Алексеем Кручининым и Александром Шаровым, уже не было.

Многие говорят, что Челябинск – особенное, специфическое место. Вы теперь согласны?
Больше говорят, чем есть на самом деле. Ничего такого специфического нет. Мне в Челябинске понравилось – и атмосфера, и болельщики. Мне в клубе во всём старались помочь. Я много лет знаю «Трактор». Помню, когда здесь играли Анатолий Тимофеев, Николай Суханов, Николай Макаров, мой хороший друг Леонид Герасимов. Люди здесь открытые, честные и хотят, чтобы команда хорошо играла.

Болельщики пытались общаться с вами, выяснить, что происходит?
Когда нет матчей, я достаточно открытый человек и нормально общаюсь, в том числе с болельщиками. Да, они подходили, интересовались жизнью команды. Это хорошо, когда город живёт командой.

Насчёт вашего будущего в «Тракторе» были разговоры?
Пока этот вопрос открыт. Дальше будем смотреть.

Форум хоккейных статистиков им. Виктора Малеванного
http://www.eurohockey.com/player/11699-vladimir-vladimirovich-yurzinov.html
https://www.eliteprospects.com/staff/3299/vladimir-yurzinov
https://r-hockey.ru/player.asp?TXT=8631

четверг, 21 декабря 2017 г.

Гурьянов Владимир Павлович



Гурьянов Владимир Павлович 14.10.1939













 




Родился в Челябинске. Спортсмен, тренер, заслуженный работник физической культуры РФ (1999), заслуженный тренер РФ (2000).
Окончил Уфимский техникум физической культуры (1963), Ленинградский институт физической культуры им. П. Ф. Лесгафта (1968).
Воспитанник хоккейной школы ЧТЗ.
Карьера игрока: «Строитель»/«Труд» Уфа 1960/1961-1962/1963 (?), «Труд»/«Заря» Миасс – 1963/1964-1967/1968
Карьера тренера: футбол «Торпедо» Миасс – 1968-1971 старший тренер, «Локомотив» Челябинск – 1971-1975 старший тренер, старший тренер по футболу и хоккею в областном совете Всесоюзного ДСО «Трудовые резервы» - 1975-1985, с 1985 в СДЮСШОР «Трактор» по хоккею с шайбой: завуч – 1985-1992, директор - 1992-2000.
Владимир Павлович руководил школой «Трактор» в очень трудное время. Несмотря на огромные финансовые проблемы школы, он сохранил высокопрофессиональный тренерский коллектив и укрепил его молодыми перспективными кадрами, провел реорганизационные преобразования организации. В 1997 году учредителями школы стали Управление по делам образования Челябинска и хоккейный клуб «Трактор» (до 2000 года). На протяжении этих лет школа оставалась одной из ведущих в России, ее воспитанники успешно выступали на соревнованиях самого высокого ранга.

воскресенье, 19 марта 2017 г.

Гимаев Сергей Наильевич


Гимаев Сергей Наильевич 01.01.1955 - 18.03.2017



















Пружаны, Брестская область, Белорусская ССР. Защитник. Заслуженный мастер спорта СССР. Заслуженный тренер РФ. Воспитанник «Салават Юлаев» Уфа (тренеры – Анатолий Емелин, Владимир Каравдин). Игровой номер в СКА Куйбышев №22, в ЦСКА №5. Всего в клубной карьере в СССР провел 13 сезонов, 393 игры, в то числе в высшем дивизионе 298, 79 (32+47), в том числе в высшем дивизионе 67 (24+43).
Карьера игрока: «Салават Юлаев» Уфа – 1973/1974, СКА Куйбышев – 1974/1975-1975/1976, ЦСКА – 1976/1977-1984/1985, СКА Ленинград – 1985/1986, первая и вторая сборная СССР
Карьера тренера: ДЮСШОР ЦСКА 1986-2006 тренер, директор, ЦСКА – 1997/1998, ХК ЦСКА высшая лига – 2002, юниорская сборная России U18
Достижения игрока: чемпион СССР 1977/1978-1984/1985, обладатель Кубка СССР - 1977, 1979-1984, обладатель Кубка Европейских Чемпионов – 1978-1985, входил в состав 34 лучших хоккеистов страны – 1979, 1982, 1983.
Награжден Орденом Почета, Орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах»

 Сезон
 Клуб
лига
И
Г
П
О
ШМ
1973-74
Салават Юлаев Уфа


1
0
0
0
0
1974-75
СКА Куйбышев
1 лига

42
4
1
5
26
1975-76
СКА Куйбышев
1 лига
22
52
4
3
7
56
1976-77
ЦСКА Москва
Высшая лига
5
15
1
1
2
8
1977-78
ЦСКА Москва
Высшая лига
5
29
1
3
4
24
1978-79
ЦСКА Москва
Высшая лига
5
42
11
9
20
45
1979-80
ЦСКА Москва
Высшая лига
5
22
2
5
7
32
1980-81
ЦСКА Москва
Высшая лига
5
26
3
2
5
8
1981-82
ЦСКА Москва
Высшая лига
5
32
1
4
5
26
1982-83
ЦСКА Москва
Высшая лига
5
44
5
9
14
16
1983-84
ЦСКА Москва
Высшая лига
5
36
0
3
3
20
1984-85
ЦСКА Москва
Высшая лига
5
21
0
1
1
12
1985-86
СКА Ленинград
Высшая лига

31
0
6
6
19

Всего


393
32
47
79
292

Марат Азаматов, тренер ДЮСШ СК «Салават Юлаев» Уфа
В те же годы у нас появился очень колоритный защитник Сергей Гимаев. Кто его выводил в люди?
В основном он занимался у Емелина, но по большему счету «прав» на него, кажется, ни у кого нет. Сам всему учился, мы только наблюдали. Да он ведь и в мастерах-то наших не играл. Возраст подошел, и Сергей отправился в армейский хоккей. Правильно, в принципе, сделал.
Первый тренер
Анатолий Николаевич Емелин (13 марта 1942 г.) г. Нижний Тагил. Игровое амплуа - нападающий. Первый тренер - А.И. Петренев. Начинал в хоккее с мячом, в хоккей с шайбой играл в командах ОГИФК Омск (1960-61), «Салават Юлаев» (1962-71). Тренерский стаж - 30 лет. Образование - высшее (Ленинградский инфизкульт им. П.Ф. Лесгафта, 1967).
Заслуженный тренер РСФСР (1989). С 1971 по 1990 гг. тренер СДЮШОР «Салават Юлаев». Работал с возрастами 1954, 1965 и 1974 годов рождения. С сентября 1991 года в Уфимской хоккейной ДЮСШ-3 на должности заместителя директора по учебной части.
В главной команде «Салават Юлаев» Сергей начинал под руководством челябинцев Владимира Каравдина и Геннадия Казакова.

Сергей Гимаев: «Не жду никаких предложений»
Алексей Шевченко 26 февраля 2011 
Вы уже, конечно, попали в «Википедию», и там сказано, что Сергей Гимаев трижды признавался лучшим защитником страны. В начале восьмидесятых это ведь было серьезное достижение.
Вот, кстати, не совсем верная информация. Я не был лучшим защитником страны, а просто трижды попадал в число 34-х (в 1979-м – 36-ти) лучших хоккеистов, которые определялись федерацией. Но исключительно лучшим я точно не был.


А сколько защитников бы­ло в том списке?
Давайте посчитаем. Четыре вратаря, пять пар защитников и двадцать нападающих.
Многие базы указывают, что вы выступали лишь в ЦСКА, но ведь у вас в карьере были и другие команды.
Да, это тоже неправда. Я же уфимский, и начал в Башкирии. Затем, когда пришло время служить в армии, меня призвали в Куйбышев (ныне Самару), где я провел два сезона. Вот там мне сильно повезло. Тренером работал Юрий Моисеев, рядом с которым я очень вырос. Из перспективного парня превратился в атлета и заслужил приглашения от серьезных команд. Знаете, сколько клубов меня приглашали?
Конечно, нет.
Семь из десяти, выступавших в том сезоне в высшей лиге.
И если среди этих команд ЦСКА, то от такого предложения не отказываются?
Если честно, то я должен был перейти в «Динамо». Уже провел переговоры с Владимиром Юрзиновым, собирался выступать за бело-голубых. Но очень здорово выступил на одном из турниров вооруженных сил, и в клуб пришла телеграмма из ЦСКА с требованием командировать меня к ним. Я же был военнослужащим, и выбора у меня не было.
В ЦСКА быстро приняли?
В команду тогда вернулись ребята с чемпионата мира, я потренировался с ними, и тренер Константин Локтев предложил мне остаться. Сразу признался ему, что всегда болел за ЦСКА.
А Юрзинов как же?
Мы с ними встретились и поговорили. Я объяснил свою позицию. Но тогда динамовцы уже пригласили Василия Первухина, то есть нашли игроков, и мой отказ не стал фатальной потерей.
Вот вы говорите, что атлета из вас сделал Юрий Моисеев. Правда, что его тренировки были, мягко говоря, странными?
Не странными, а насыщенными. Да, он и в мое время уже на занятиях фантазировал. Мы недолго тренировались, но все было очень насыщенно. Знаете, какое у него прозвище было? Джино-пружина. Мы и «пистолетики» делали, и в гору с рюкзаком, полным песка, носились.

Вы были хорошим защитником?
У меня были свои плюсы. Нет, я не был выдающимся, но зато в то время был самым га­баритным игроком. Да, играл довольно жестко. У меня были нормальный первый пас и приличный бросок.
Дрались на льду?
В СССР это вообще не практиковалось. Я за всю карьеру в чемпионате страны только один раз получил большой штраф. Опасно сыграл клюшкой и рассек человеку лицо. Там все случайно было, я не стремился его травмировать. Драться приходилось на международных турнирах.
В Канаде?
И в Канаде. Но там тоже немного. Зато однажды я провел силовой прием против Фила Эспозито. Мой товарищ Женя Кузнецов подарил на день рождения записи старых матчей, и я только недавно впервые увидел это. Очень здорово, Эспозито не ожидал.
А самая знаменитая драка?
В то время в Ленинграде проводился турнир для вторых сборных, на призы «Ленинградской правды». И вот я, кажется, так и остался самым грубым защитником в истории этого турнира. Там бились постоянно. Однажды я побил Владимира Ружичку.
Нынешнего тренера сборной Чехии?
Ну да, столкнулись с ним, начали биться, затем я его повалил.
Почему не поиграли за границей?
Я советский человек. И мне никогда даже в голову не приходило уехать. Хотя знаете, в Америке подходили представители одной команды, предлагали остаться. Но я как подумал, что тут будет с родными… Отказался.
Куратору из КГБ сообщили, что был контакт?
Если бы сказал, то больше за границу не выехал бы. Он же это в рапорт вставил бы сразу. Но вообще головной боли с кураторами не было. Они не лезли к нам, мы не лезли к ним. Хотя правила соблюдали. Например, везде ходили по трое.
Месяц без сна
Карьеру закончили легко?
Последний год я провел в Ленинграде, но, честно говоря, продолжать в этой команде не хотел. Мне было тяжело без семьи, а ехать куда-то уже не хотелось. Да и потом, страха перед окончанием карьеры совсем не было. Я всегда знал, что стану тренером. Еще в Куйбышеве записывал занятия, вел конспекты. Скажу, что предложение мне поступило сразу, как я закончил. Мог по­ехать главным тренером в свердловский СКА.

Но не поехали.
Если бы не поступило предложение от Виктора Тихонова пойти в школу ЦСКА, то, может быть, и уехал. Но предложение поступило, а я не сильно расстроился. Все-та­ки пришлось бы опять куда-нибудь уезжать, опять быть без родных.
Вы очень долго руководили школой ЦСКА.
Почти 14 лет. Всем говорю, что это время я провел в подземелье. Приходил туда ранним утром и до позднего вечера находился либо на арене, либо на льду, ведь смотрел все тренировки всех возрастов.
По поводу вашего ухода из школы ходит много слухов.
Очень деликатная тема. Случай со мной – типичный для нынешнего времени, когда лучшего специалиста могут спокойно убрать из-за одного негодяя. А я действительно «горел» на работе, и не зря при мне армейцев трижды называли лучшей хоккейной школой в стране. В школе, кстати, я работал с небольшим перерывом: когда в стране было два ЦСКА, я поработал в одном тренером, но потом вернулся.
Уволили вас относительно недавно.
Да. Когда в ЦСКА работала Ольга Смородская, все было прекрасно, школа процветала. Она делала все, что нужно.
Вы про нынешнего президента футбольного «Локомотива»?
Да, я могу вспомнить о ней только самое хорошее. У нас были суперусловия. Она много внимания уделяла и первой команде – в то время с хоккейным клубом было все отлично. Я вообще никогда не встречал такого руководителя. Очень умный человек.
Но только пришел Сергей Кущенко…
…меня сняли.
В то время всплыло это неприятное слово «поборы».
Полная чушь. Кстати, знаете, что при мне у школы ЦСКА не было расчетного счета. Как раз для того, чтобы никто не мог сказать, будто в детской команде требуют какие-то деньги.
Для поборов расчетный счет и не нужен.
Хорошо, рассказываю, как было дело. Меня обвинили в том, что я украл деньги, но никто ничего не доказывал и особо не объяснял. Да и украсть деньги было невозможно. Я все делал для того, чтобы у меня как у директора, и не было живых денег. Но тогда в школе играл сын одного из «крутых», который являлся зятем бывшего вице-премьера России. Этот бизнесмен просто платил тренеру нашей школы за то, чтобы его ребенок играл постоянно, в первом звене. Пацан-то неплохой, но хоккей для него не был на первом месте. Он пропускал сборы, потому что родители одновременно отдали его и в школу английского языка, и в музыку. Я видел, что этот возраст в нашей школе пропадает. Ну что это, когда в первой пятерке выступает парень, который явно не тянет. Короче, я уволил тренера.
Это была ошибка?
В смысле сохранения места – да. Мне тот родитель-миллионер сразу позвонил, предложил деньги, лишь бы его ребенок играл. Я, конечно, отказался. А тут и Ольга Смородская ушла, а новое руководство не встало на мою сторону.
Шок?
Не знаю, стоит ли это писать, но я месяц не спал. Но, кстати, сейчас-то понимаю, что только выиграл от ухода. Говорю же, работа была на убой. Выходных практически не было – только месяц отпуска. Плюс я сам еще тренировал две команды.

Чья это была идея – пригласить вас на телевидение?
Я туда случайно попал. Однажды, во время трансляции, меня пригласили дать интервью в перерыве, я разобрал происходящее на льду и, видимо, произвел впечатление. Но скажу, что до «России 2» у меня уже был небольшой опыт работы. Сергей Крабу иногда приглашал меня на «НТВ-Плюс», и там я выступал в роли эксперта. Помню, еще в то время только появился экран, на котором можно было рисовать. Тестировали.
Вы ведь не любите работать один?
Ненавижу. Несколько раз пришлось, но только потому, что человек опаздывал на трансляцию. Но работать один я не могу и не хочу. Понимаете, я не комментатор, а эксперт. Я могу разобрать какой-нибудь эпизод, объяснить, почему случилось так, а не иначе. Но «вести» шайбу по площадке мне совсем неинтересно.
На первых трансляциях волновались?
Очень. Это был какой-то матч «Динамо», уже не помню с кем. Не знал, что говорить, как говорить, как выстраивать отношения с комментатором.
Чаще всего комментаторы несут во время игры такую чушь, что хочется выбросить телевизор. И если бы не вы, то многие бы так и поступили.
Вы знаете, я не согласен. Все комментаторы, работающие на «России 2», очень хорошие профессионалы. Я слова плохого ни про кого сказать не могу. Вы вот знаете, например, что Роман Скворцов даже специально встал на коньки, чтобы лучше понимать игру. Да, он катается, старается разобраться в том, над чем работает.


Гордость за внучек и пионы
И вот вы превратились в человека, которому звонят по любому поводу.
Все дело в независимости. Да, я сам уфимский, долгое время работал в ЦСКА, но ничто не мешает мне оценить тот или иной момент. Наоборот, мне легче, так как я действительно независим. И, кроме того, могу действительно рассказать что-то, так как знаю большинство хоккеистов, многих тренеров и понимаю, какая у них сложная работа.
Как так получилось, что в российском хоккее никто, кроме вас и сказать ничего не может?
Думаю, все дело в боязни быть объективным. Правда, вот если человек, например, из Омска начнет по-честному анализировать игру «Авангарда», работая на ТВ, то понятно, что он долго на работе не продержится. Я же живу в Москве, и у меня нет ни от кого зависимости. Кроме того, беда многих бывших хоккеистов в том, что они боятся дать конкретную оценку. Это не очень хорошо.


А что вас радует, кроме спорта?
Внучки. У меня две внучки: сына и дочери, и когда они приезжают к нам, занимаюсь ими круглые сутки. Правда, дочь живет в Америке, так что ее ребенка видим нечасто. Но все время уговариваю их при­ехать сюда. Кроме того, я очень люблю свой сад на даче.
Картошку копаете?
Да грядок у нас немного, но я обожаю выращивать цветы. Вы бы видели, какие у меня пионы вырастают. Лучшие. А мой розарий! Я вообще за дачей ухаживаю, она у меня выглядит просто шикарно. Альпийские горки построил. Красота.
Благодаря телевидению узнавать стали?
Это – да. Я когда с ветеранами езжу, ко мне постоянно подходят, фотографируются. Приглашать чаще стали в другие города. И я не отказываюсь, езжу. Мне ведь тоже интересно.
                   
Гимаев: горжусь, что я «армеец»
Мария Роговская 1 января 2015
Сегодня Сергей Наильевич отмечает свой юбилей! Накануне мы встретились с Сергеем Гимаевым и поговорили не как обычно об актуальных темах, а о его игровой карьере, выступлении за ЦСКА, матчах в Северной Америке, работе детским тренером и директором «армейской» школы.

«Звали в НХЛ, но я не мог сбежать и стать предателем»
У вас день рождения 1 января. Как вы его праздновали обычно?
По-разному. Если я был в Москве, то все друзья приходили 1-го вечером. Мы тогда жили в доме, который министр обороны выделил для спортсменов ЦСКА. Но я не так часто был дома на праздники, обычно в это время проходили североамериканские турниры.
Ездили в составе ЦСКА?
Не только. И с национальной сборной, и со второй сборной, и с «Динамо», и со «Спартаком». Я был в составе московского «Динамо», когда в Эдмонтоне против меня играл Горди Хоу и Уэйн Гретцки. Это был фантастический матч, правда, мы проиграли. Ещё я играл против Челиоса, Олчика, Лафонтена. Незабываемо!
Как вы оказались в составе «Динамо»? 
Подошёл к раздевалке ЦСКА и встал рядом. Идёт Фирсов: «Ты что тут стоишь?». Я ответил, что меня откомандировали в ЦСКА. Фирсов ответил: «Давай заходи, будешь сидеть рядом с Третьяком».
Очень много игроков из «Динамо» уехало в сборную на турнир, проходивший параллельно. И поэтому игроков из ЦСКА пригласили играть за «Динамо». Это была нормальная практика, я также играл за «Спартак» и за «Крылья» на разных турнирах.
Значит, на турнирах дни рождения не отмечали?
Да, у нас же были матчи. Конечно, в то время нарушали режим, но на турнирах это было бы делать глупо. Тем более что за нами следили.
КГБ?
Да. Они всегда ездили с нами, но это были очень хорошие ребята. Их задачей было защищать нас от провокаций. Например, нам не разрешалось ходить по городу по одному, только по трое.
Вас пытались переманить?
Нет. Но был случай, когда мне предложили поехать в команду НХЛ. Я отказался, понимал, что если уеду, то пострадают все родственники. Ну как я мог сбежать? Я очень советский человек, комсомолец, член КПСС. Побег – это предательство родины. Я воспитывался иначе и не мог быть предателем.
Жалеете, что нельзя было уехать в то время?
Конечно. Я бы хотел поиграть в НХЛ. Я был большой, жёсткий защитник. Думаю, что неплохо бы получилось, но я в своей жизни ни о чём не жалею.


«Был готов ползти на Луну»
Вы восемь раз становились чемпионом СССР в составе ЦСКА. Каждый раз это был особый вызов?
У нас была команда, которой было сложно проиграть. В то время это не говорили, но государственной задачей было, чтобы сборная СССР становилась чемпионом мира. ЦСКА был базовым клубом сборной, «Динамо» - в меньшей степени. В ЦСКА собирались игроки, призывались в армию. Все хоккеисты ЦСКА выступали за сборную, но не всегда могли попасть в состав на чемпионат мира. В «Динамо» были хорошие игроки всегда, тот же Первухин или Билялетдинов, например. Мне было сложно его переиграть.
Была история, когда Виктор Тихонова пригласили возглавить сборную. Он сказал: как можно работать со сборной, если ЦСКА базовая команда? Тогда Тихонова назначали ещё и в ЦСКА. Тогда он начал набирать новую команду, пришли Балдерис, Капустин, Макаров, Касатонов.
В ЦСКА вас призвали в армию из Уфы?
Нет. Я начал заниматься хоккеем в Уфе, а в армию меня призвали в Куйбышев. Там тренером работал Юрий Моисеев. Это был невероятный человек, я в жизни столько не тренировался, как у него.
Что же такого особенного было в его тренировках?
Во-первых, они проходили пять раз в день. Мы вставали утром, отправлялись на часовую тренировку, зимой шли на каток. Затем – завтрак и небольшой отдых. Потом была тренировка во дворце спорта в Куйбышеве. Обед, атлетизм и лёд. Ужин и снова ледовая тренировка. И так каждый день. Это были жёсткие тренировки, но я очень благодарен, что так получилось. Благодаря Моисееву я заиграл. Хотя у меня и были хорошие физические данные, но я поздно пришёл в хоккей, в 11 лет, а серьёзно – в 12.
После пятиразовых тренировок силы играть вообще оставались?
Когда я приехал в Куйбышев, меня отправили в военную часть. Я проходил службу в мотострелковом полку. За месяц, проведённый там, я практически не спал и не ел. Там было очень тяжело, и когда меня вызвали обратно в хоккейную команду, я был готов пахать круглосуточно, чтобы не вернуться обратно. Сказали бы мне на Луну ползти, я бы даже не спрашивал, пополз бы.
В Куйбышеве вам присмотрели представители ЦСКА?
Я играл всё лучше и лучше. Семь команд Высшей лиги из десяти были заинтересованы во мне.

«Фирсов посадил рядом с Третьяком»
Какую команду вы выбрали?
«Динамо». Мы уже договорились с Владимиром Юрзиновым. Но я очень сильно сыграл на первенстве вооружённых сил, забивал, отдавал, Тарасов меня присмотрел, и в Куйбышев пришла телеграмма, что меня вызывают в ЦСКА. Отказаться было нельзя, я был ещё рядовым.
В «Динамо» на вас не обиделись?
Я был солдатом, который проходил службу. Пришла телеграмма о командировании в ЦСКА.
Вы с детства болели за ЦСКА. Что почувствовали, когда оказались во дворце?
Помню, подошёл к раздевалке ЦСКА и встал рядом. Идёт Фирсов: «Ты что тут стоишь?». Я ответил, что меня откомандировали в ЦСКА. Фирсов ответил: «Ну и что ты тогда тут стоишь? Давай заходи, будешь сидеть рядом с Третьяком». Стал тренироваться с командой и понял, что в ЦСКА есть как «боги», так и те, с кем можно побиться за место в составе.
Вы работали в ЦСКА под руководством Виктора Тихонова. Он был жёстким тренером?
Он был выдающимся специалистом, фанатом хоккея, который перевернул хоккей. До Тихоновова знаете, какими были утренние тренировки? Обычные раскатки, вышли, покатались, побросали. С приходом Тихонова они стали полноценными тренировками с силовыми приёмами и бросками. Выходных при нём не было вообще. Выходным считался день, когда тебя после игры отпускали домой, а утром в 11 надо было идти на тренировку. Если тренировка в 17.00, то это супервыходной. Но на такой тренировке нас гоняли по полной, думали, что мы нарушили режим. Её обычно Юрий Моисеев приводил, и мы бегали как челноки по льду.

«Самая знаменитая драка у меня была с Владимиром Ружичкой»
Вы были очень жёстким защитником?
Да. Я был высокий, габаритный. Тогда и правила были удобные для меня, зацепы было можно делать, например. Хоккей был более грязный.
В Северной Америке ещё жёстче играли?
Да, и у нас всегда было очень много травм в первых матчах. Ты отдал, расслабился, и в тебя врезались. В первых матчах мы много ударов пропускали, потом только адаптировались.
Когда вы против Фила Эспозито силовой приём применили?
Это была серия 1979 года. ЦСКА играл против «Рейнджерс» в Нью-Йорке. Эспозито на меня ехал, хотел жёстко сыграть, но я затормозил и ударил его так, что у него только ноги вперёд улетели.
Матчи с канадцами были политически ангажированными?
Да, и очень сильно. На каждом этаже гостиницы обязательно сидел человек из ФБР, чтобы не было никаких провокаций. Помню, мы приехали в Баффало, выходили из автобуса, так вдруг какой-то темнокожий человек побежал. Агенты ФБР мигом на него направили пистолеты. Я в шоке был, человек просто мимо бежал.
У вас самая жёсткая драка была с нынешним главным тренером сборной Чехии Владимиром Ружичкой?
Да. Поколотил его на турнире вторых сборных. Мы там с Олегом Знарком играли. Самое интересное, за всё время игры за ЦСКА у меня был лишь один большой штраф - случайно клюшку поднял и кому-то бровь рассёк.
Вторая сборная обычно комплектовалась из молодых, плюс несколько опытных игроков. Я должен был защищать молодежь и всё время дрался. Я до сих пор являюсь лидером по штрафным минутам турнира «На приз Ленинградской правды». И по результативности должен входить в первую тройку.
Так что с Ружичкой не поделили?
Он боевой был игрок. Уже тогда приехал в качестве звезды! Наглый такой был! Стали махаться, обменялись ударами, а потом я его поборол.

«Тихонов сказал: «Из тебя получится хороший тренер»
У вас в коллекции наград кубки СССР, золотые медали чемпионатов СССР, кубки европейских чемпионов. Какая награда является самой памятной?
Я в ЦСКА 38 лет, по количеству достижений и олимпийских чемпионов нет никого равного ЦСКА. ЦСКА – это огромная база. Горжусь, что я «армеец». И очень приятно наблюдать за нынешними успехами команды.
Не думаю, что есть какая-то одна. У нас была слишком сильная команда. Может, медаль 83-го года, когда в 44 матчах мы потерпели лишь одно поражение. На «Призе Известий» в сезоне-1982/83 я играл в паре с Сергеем Стариковым, а тройка нападения у нас была Быков-Хомутов-Герасимов. За сезон до этого я забросил 11 шайб. Ну, у меня был хороший бросок. Это мои самые сильные годы, когда опыт уже набрался и физически был хорошо готов. Я мог попасть на Олимпиаду в Сараево, но чего-то не хватило. А после Игр началась следующая четырёхлетка, Тихонов готовил новую команду. На базе ЦСКА, естественно.
И поэтому вас из ЦСКА отправили в СКА?
Да, это был непростой переход, но полезный в плане будущего. В СКА была хорошая команда, которая на следующий год стала бронзовым призёром. Но чувствовалось, что уровень другой. Вот ты играешь в ЦСКА против Макарова и Крутова и знаешь, что не отберёшь у них шайбу, перехватить её было невозможно.


Почему?
Никогда не знаешь, как пойдёт передача. Они держали паузу, пас был неперехватываемым! Вот когда я против Гретцки играл, то удивлялся, как человек играет с неудобной руки! В таком стиле играет Радулов, всё время убирая шайбу на неудобную руку.
А в СКА сильной нагрузки уже не было, в средней зоне отобрал шайбу и всё. К тому же моя семья была в Москве, я подумал, что не хочу без них играть. После сезона мне предложили должность главного тренера «СКА-Свердловск». И я согласился.
Но вы так и не поехал в Свердловск. Почему?
Меня вызвал Тихонов и сказал: «Из тебя получится хороший тренер. Ты бы не хотел поработать в школе ЦСКА?». Я подумал, что и так год без семьи. Мы обсудили с женой, и я решил остаться в школе ЦСКА. К тому же мне было важно воинское звание. У меня отец - военный лётчик. Он прошёл Великую Отечественную войну. Потом он служил в Польше, на Камчатке, в Белоруссии, где я родился. Я всегда гордился, что являюсь офицером. 
Вы ведь педагог по образованию?
У меня два высших образования. В Уфе я окончил Авиационный институт, а в Москве – педагогический. И я хорошо учился, мне было это интересно.

«В Сан-Хосе играли против Набокова»
Кто из ваших воспитанников больше других достиг в хоккее?
Сергей Самсонов. Когда я пришёл в ЦСКА, мне дали ребят 78-го года. Ещё я часто подменял Александрова при работе с командой 72-го года. Мы серьёзно пахали: тренировки, лёд, атлетизм. Физически ребята должны были развиваться.
Сколько лет вы проработали в школе ЦСКА?
20 лет. И два года признавался лучшим тренером страны.
Вы в качестве тренера возили команду в Северную Америку. Что было самым сложным в этих турне?
Травмы игроков. Были ситуации, когда у нас просто некому было играть. Я говорил травмированным ребятам: «Знаю, у тебя травма, ты не можешь играть, но на разминку выйдешь. Мы будем кататься как команда, на скамейке сидим все, но играем в два звена». Бывали и такие ситуации, что травмированные игроки через боль выходили и избегали столкновений, давая возможность здоровым ребятам просто передохнуть. В этих матчах проявлялся характер!
Кто себя проявил?
Все себя проявили. Помню, как мы приехали к «Колорадо», дорога была долгой, мы очень проголодались. Перед игрой наелись гамбургеров и пропустили в первом периоде 5 шайб. Тренер соперника возгордился. А знаете, что потом? Выиграли 8:6 у них. Егор Михайлов пять забил. Лидерами команды были Кваша, Самсонов и Петрунин.
А были и обратные пример. Вот я говорил игроку просто покататься и не сталкиваться, а он специально шёл в столкновение, изображал, как ему больно, чтобы больше не выходить. В таких матчах с канадцами сразу становилось понятно, у кого гнилой характер.
Тяжело было, когда существовало два ЦСКА?
Неприятно, было много подковёрных игр. Я работал тренером основной команды, тогда и увидел, какая была продажная лига.
Договорные игры?
Да. Бывало, могли дать судье такую сумму, что ему её надолго хватит. Это сейчас невозможно, а тогда было просто. Мы боролись за плей-офф, приехали на матч с «Салаватом», обыграли их 8:5, через день у нас матч в Куйбышеве с ЦСКА-ВВС. Я ночь не спал, готовился. Мы вышли на матч, первый период проиграли 0:3, команда просто не играла! Я кричал на них в раздевалке, а они мне заявили: «Тренер, а вы не знали, что мы должны были проиграть, потому что они в первом круге в Москве проиграли нам?». Игроки сами между собой договаривались.
С вашим уходом с поста директора школы ЦСКА был связан скандал…
Скандала не было, поставили ультиматум. Это было несправедливо, я почти три месяца потом не мог спать. Но сейчас я благодарен судьбе и тому человеку, который меня убрал. Сейчас я много работаю, много езжу по стране, тренируюсь сам и тренирую любителей. С «Легендами СССР» мы ездили по стране, были и в Северной Америке, где играли с местными ветеранами. Деньги от этих матчей пошли в помощь пострадавшим во время теракта 11 сентября. Были у нас матчи и в Калифорнии против ветеранов «Кингз», «Дакс» и «Шаркс».
За Сан-Хосе» играл Евгений Набоков?
Да, было смешно видеть, как наш 70-летний игрок ему бросает.

«Серьёзные клубы предлагали мне работу, отказался»
Вы работали и с юниорской сборной 72-го, 73-го, 78-го и 90-го годов. Команда 90-го года была очень сильной. Сейчас эти ребята вас радуют?
Там была хорошая команда, в ней играли Войнов, Куликов, Орлов, Локтионов, Грачёв, Чернов, Алистратов, Печурский, Филатов. Очень радует Кугрышев, невероятный прогресс! Он играет не хуже, чем Панарин, тоже праворукий, лидер «Сибири». Ну и Слава Войнов, конечно. Он два Кубка Стэнли выиграл! Дима Куликов хорошо себя проявляет в НХЛ.
Вот команда была сильная, как же она проиграли канадцам в финале юниорского чемпионата мира 0:8?
Пять бросков – четыре гола. Всё, что можно – залетело. Мы поменяли вратаря, но уже ничего нельзя было сделать. Продолжали атаковать, забить не могли. Никого не хочу упрекать, но решение по вратарям мы приняли неправильно. Тот матч должен был начинать Алистратов, который много играл против североамериканцев. Мы проиграли в финале, а не в матче за 5-е место. Кстати, ту сборную Канады тренировал Пэт Куин, выдающийся тренер. Он умер в один день с Виктором Тихоновым.
Что случилось с Самсоновым? Почему он так рано закончил?
Он был очень талантлив, всех обыгрывал по школе, был лучшим новичком НХЛ, здорово играл в «Бостоне», где вместе с Торнтоном давал результат. В плей-офф попадали, правда, не часто. Самсонов набирал очки. Но, может, ему не хватало партнёра по звену. Для меня вопрос, почему он так рано закончил. Его в Россию звали - не захотел, хотя хорошие деньги предлагали. Серёга жил в Зеленограде и был единственным, кто каждый день делал зарядку. Он был очень ответственным, за ним тянулись. Он был идеальным лидером и спортсменом.
А почему Павел Дацюк не играл у вас в сборной 78-го года?
Мы с Пашей разговаривали на эту тему не так давно. Он поздно раскрылся.
Не хотите вернуться к тренерской работе?
Нет. Зачем? Это нервы и бесконечные поездки. Мне серьёзные клубы предлагали работу, но я не хочу. Мне интересно делать то, что я делаю. Я считаю, что нахожусь на своём месте.

«Умные игроки на критику не обижаются»
Как вы впервые попали на «Россию 2» в качестве эксперта?
Я ещё работал директором школы в ЦСКА, сидел на трибуне и смотрел ЦСКА-«Локомотив». Ко мне подошёл корреспондент и попросил интервью в перерыве. Я поделился своим мнением относительно того, как пройдёт матч. Как сказал, так и сложилось. Потом ещё пару раз у меня брали интервью и предложили прокомментировать матч. Я согласился, тем более что уже пробовал давать прогнозы и разбирать матч в перерыве на «НТВ-Плюс». Помню, что первый репортаж вёл из «Лужников». Первое время я постоянно переслушивал свои репортажи, делала выводы, где что не так.
Игроки не обижаются, когда вы их критикуете?
Умные не обижаются. Вот я говорил про Женю Медведева на чемпионате мира, что он должен быть подвижнее. Его спросили, как он относится к критике Гимаева. Женя спокойно отреагировал, сказал: «Увидимся – поболтаем». Я стараюсь не обижать ребят. Вот у меня хорошие отношения с Кузнецовым, но я его критиковал на чемпионате мира, где он сыграл слабее, чем все ожидали. И он сказал: «Что Гимаев критикует, ему же не дали приз, как лучшему комментатору». Я посмеялся, ну, у меня хорошие с ним отношения, желаю Жене удачи.
Вообще, это серьёзный вопрос. Допустим, я в эфире скажу, что это плохой хоккеист, который не умеет кататься и из-под которого голы забивают. Владелец клуба послушает и выгонит этого игрока. Я не могу так подставлять человека, лучше промолчу или фамилию не назову. У хоккеиста – тяжёлая работа. Я не имею права её отнимать. И я очень ценю мастерство. И за игроков уровня Радулова и Мозякина я всегда буду стоять! Я играл в ЦСКА и очень ценю мастерство. Глядя на таких игроков, я понимаю, что не могу так, как они. Они творят невероятное! Так же отношусь к тренерскому труду. Видно, что многие очень усердно работают, а есть тренеры-обманщики. Они показывают себя выдающими специалистами, а поговоришь с людьми - и в шоке от их работы. Они могут быть хорошими психологами или мотиваторами. Но тот же Воробьёв с любой командой даёт результат. Или Квартальнов.
Вас часто узнают на улице?
Да, с бородой особенно. Я спокойно к этому отношусь. Даже если человек подойдёт с критикой, я её выслушаю. Но меня нет в социальных сетях, я нигде не зарегистрирован.

 Сергей и Наталья Гимаевы
Вы сына в хоккей привели? Или он сам захотел?
Я привёл его на каток, купил ему коньки в Чехии и поставил на лёд. Сергею понравилось, я стал брать его с собой на сборы с командой 82-го года рождения. Он был маленький и худой. Ребята в команде прозвали его Ребро, ну, он был младше их на шесть лет! В принципе, эти сборы ему только на пользу пошли. Детям хоккеистов проще. Они могут дополнительно покататься, съездить на сборы, с амуницией не было проблем, отец может помочь разобрать игры и дать дельный совет. Я ЦСКА-2 во многом из-за него тренировал. Причём бесплатно. Меня Тихонов попросил.
Ваша дочь живёт в Америке. Она со спортом как-то связана?
Она занималась фигурным катанием, кандидат в мастера спорта. После института Настя работала в туристической фирме, в основном по Америке. Ну и когда была в США, встретилась там с другом своего знакомого из Москвы. Они пообщались, полюбили друг друга и поженились. Сейчас дочка приезжает каждый год к нам в Москву с внучкой.
Вы считаете себя «армейцем»?
Я в ЦСКА 38 лет, по количеству достижений и олимпийских чемпионов нет никого равного ЦСКА. ЦСКА – это огромная база. На Олимпиаде в Сочи спортсмены ЦСКА выиграли больше всех количество медалей. Я летел из США через Амстердам. Хотел провести день в городе, таможенник не хотел пропускать, хотел, чтобы я прошёл к другому офицеру, объяснил цель визита и т.д. Но потом он увидел, что на мне куртка ЦСКА, и пропустил через границу. За день до этого ЦСКА с «Аяксом» играл там. Горжусь, что я «армеец». И очень приятно наблюдать за нынешними успехами команды.

Фото с форума http://www.worldhockeyclassic.ru/forum
Е.Ткаченко (архив ХК Трактор), В.Волченковой, со страницы в соцсетях Натальи Гимаевой